Исполняется 122 года со дня рождения Сальвадора Дали
"Дали в России больше, чем Дали", - в этой шутке гораздо больше истины, чем можно предположить, на первый взгляд. По крайней мере, по количеству посетителей знаменитого Театра-Музея Сальвадора Дали в Фигерасе русские занимают почетное третье место, уступив только испанцам и французам. Но им, согласитесь, до Фигераса добираться гораздо ближе, чем нам.
И пусть Дали бескомпромиссно (по отношению прежде всего к самому себе) заявил: "Настоящие художники, такие, как Веласкес, все, что хотят и должны сказать, говорят кистью. Мы же то, чего не умеем сказать живописью, договариваем прозой и стихами". "Договаривание" Дали нам еще дочитывать и перечитывать.
Книга "Дали вдали и вблизи" (М., Прогресс-Традиция, 2013), которую подготовила Российская Академия Художеств (точнее, ее НИИ теории и истории изобразительных искусств), соединяет не только тексты Дали с текстами о Дали. Она обнаруживает, что имя Дали гарантирует (при умелом подходе) превращение любого жанра, даже научного исследования, в нескучный.
Десять фактов о Сальвадоре Дали (из книги "Дали вблизи и вдали")
Дали и натура
Излагая суть своего метода в одном из интервью 1934 года, Дали утверждает: "Я создаю все свои работы подсознательно. Я никогда не использую натурщиков и не пишу с натуры пейзажи. Все сделанное - это мое воображение. (...) Иногда мне требуется какое-то время, чтобы понять, что я создал. Все эти сцены моего воображения уходят корнями в Испанию - мою родную Каталонию, и, возможно, юг Андалузии".
Это не помешало ему в другой раз добавить: "Природа подражает художнику. Бредовый ландшафт мыса Креус изо всех сил старается походить на пейзажи Дали".
Дали и голливудская звезда
В 1934 Дали обработал фотографию голливудской кинодивы Мэй Уэст. Название "Лицо Мэй Уэст, использованное в качестве сюрреалистической комнаты" звучало вполне в духе сюрреализма. Но в гуаши по журнальной полосе уже просматривается "портрет интерьера"... Художник сводит ироничность трактовки кинозвезды к минимуму, "практически не искажая глаза, "достроенные" пейзажами в рамах, и превращая курносый носик в пятачок, на который водружает золотые каминные часы. Прическа вполне натуральным образом становится мягким порталом занавеса, а ключевую позицию в угадываемой анфиладе занимает пухлый рот кинодивы, подчеркнуто наивным способом преобразованный в кушетку.
Через два года "кушетка губ Мэй Уэст" превращается в реальный, хотя и сугубо выставочный объект. Затем губы Мэй Уэст "заиграют" как ювелирное украшение от Сальвадора Дали. В 1981 он повторит рисунок рта и носа Мэй Уэст как проект флакона для именного парфюма Дали. Высеченный из горного хрусталя флакон был предъявлен публике в музее Жакмар-Андре в Париже...
Наконец, по эскизу Дали каталонский архитектор Оскар Тусквест выстроил объемный коллаж "Комната Мэй Уэст" в Театре-Музее Дали в Фигерасе.
Дали и Дон Кихот
Как Дали работал над литографиями к "Дон Кихоту" в 1956-1957 годах? К проекту он подошел не только как изобретательный график, но и как опытный шоумен: весь процесс работы был превращен в театрализованное представление и тщательно задокументирован.
При огромном скоплении публики и прессы художник стрелял в литографский камень из аркебузы XV века пулями, заправленными краской; разбивал о камень начиненные тушью носорожьи рога и остовы улиток; приводил в движение особые спирали, по которым краситель стекал на печатную форму.
Эту технику он назвал "булетизмом" (от фр. boulet - ядро). Мэтр утверждал, что именно спонтанные взрывы краски определили метаморфозы Рыцаря печального образа. Впрочем, секрет скорее в сочетании "булетизма" с тщательно проработанным, почти академическим рисунком, иногда - с коллажными вкраплениями.
Дали и пиротехника
210 килограмм весило издание "Апокалипсиса Св. Иоанна", куда вошли и иллюстрации Сальвадора Дали. Книга была признана не только самой тяжелой и самой большой (76 на 86 см), но и самой дорогой в мире. Она была отпечатана в единственном экземляре. В подготовке проекта участовали 7 художников и 7 писателей из разных стран.
Дали выполнил для этого издания три гравюры и макет переплета.
Новый заказ побудил Дали "использовать технику стрельбы по граверной доске бомбами, начиненными гвоздями, изготовленными литейщиком Андре Сюссом. Каждое воскресенье с помощью пиротехника из Кадакеса он вновь и вновь повторяет свои опыты со взрывами. Для этих операций он неизменно надевает пеструю куртку - подарок Коко Шанель. После многочисленных проб и ошибок Дали наконец решает, что ему удалось придать отверстиям и царапинам, оставленным гвоздями на меди, всю тонкость и всю силу резца. Была изготовлена гравюра на пергаменте в мастерской Лакульрера, самой старинной и самой крупной граверной мастерской Парижа, где исполнялись совершенно безумные требования художников, как в этом случае, когда мастер имел дело с искореженными, продырявленными и исцарапанными гвоздями медными досками".
Дали и космонавт
Еще более эксцентрично подошел Дали к изготовлению бронзового рельефного переплета "Апокалипсиса Святого Иоанна". В этой работе были задействованы драгоценные камни и самые обыкновенные вилки, миниатюрная скульптура и остов морского ежа, а также швейные машинки, вдавленные друг в друга с помощью парового катка. На презентацию книги художник пришел в костюме космонавта.
Дали и ангел
Представляя знакомым некую Нанси де Шарбоньер, художник с удовольствием рассказывал об ее участии в работе над иллюстрациями к Священному Писанию: "Она изображала ангела!... У Нанси такая красивая задница! Так вот, я заставил ее сесть на тушь, потом посадил на лист бумаги - у полученных отпечатков были очертания ангельских крыльев".
Дали и телефон
Среди ювелирных украшений, созданных Дали, есть "Телефонные серьги" (1949), яркий пример ювелирного поп-арта. Дали характеризовал это украшение как изделие фривольного типа, замечая, что к нему надо относиться серьезно. "Мне нравится, когда мои "Телефонные серьги" вызывают улыбку. Серьги означают ухо - символ гармонии и единства. Они заключают в себе значение скорости современных средств коммуникации, надежды и опасности внезапного обмена мыслями".
Дали и балет
Творческое содружество хореографа Леонида Мясина и Сальвадора Дали дало три оригинальных спектакля - "Вакханалия" (1939), "Лабиринт" (1941) и "Безумный Тристан" (1944).
Вот как пишет Мясин о работе с Дали над балетом "Лабиринт":
"В начале 1941 года Сальвадор Дали предложил мне заняться еще одним балетом, придуманным им для меня. На этот раз его выбор пал на шубертовскую Симфонию До-мажор, на фоне которой разворачивалось бы действие модернистской версии истории Терсея и Ариадны. (...) Дали говорил очень убедительно, и я уже полностью чувствовал себя подвластным его причудливому символизму. (...) В эпизоде, когда Тесей убивает Минотавра, Дали хотел использовать настоящую голову теленка, затем должна была следовать сцена, в которой танцоры торжественно отрезали куски от головы и ели их. Однажды вечером, после того как начались репетиции, мы с Дали поехали в такси на 6-ю авеню и стали объезжать один ресторан за другим в поисках головы теленка. Официанты были ошеломлены, но любезны. Лучшее, что они могли нам предложить, был телячий сэндвич!"
Дали и опера
В 1944 году Дали заметил: "Я давно хочу написать оперу. Мы не раз говорили об этом с моим большим другом - великим поэтом Федерико Гарсиа Лоркой. Он даже чуть было не принялся за либретто. Теперь я остался один, но это ничего не меняет - оперу я сочиню. Мне осталось записать партитуру. Надо только выбрать время и засесть за нотную грамоту". Время отыскалось нескоро - за нотную грамоту Дали засел на восьмом десятке лет.
Дали о рациональности
"Я, убежденный рационалист, погружаюсь в глубины Иррационального не ради этих глубин, не ради подсознания, залюбовавшегося собой. В отличие от многих я борюсь за победу над Иррациональным".